Почему большинство коррупционеров отделываются штрафами?

Почему большинство коррупционеров отделываются штрафами?

Почти 9 млрд тенге составил коррупционный ущерб в 2019 году. Однако большинство из преступников отделаются легким испугом. В качестве наказания им «присудят» выплату денежного штрафа. Эксперты полагают, что подобная практика порождает чувство безнаказанности.


Рейтинг правонарушений

В 2019 году ущерб от коррупционных преступлений в Казахстане достиг 8,8 млрд тенге. Это в 2,5 раза больше, чем в январе-июле 2018 года. Тогда потери составляли всего 3,5 млрд.

По официальным данным, львиная доля ущерба пришлась на тяжкие преступления – 8,5 млрд тенге. Остальное пришлось на преступления средней тяжести – 14,8 млн, и небольшой тяжести — 295,1 млн тенге.

Среди видов коррупционных правонарушений лидирующие позиции занимает злоупотребление должностными полномочиями

Но исходя из сегодняшней практики, большинство преступников отделываются штрафами. Пусть большими, но все же штрафами. К примеру, за 7 месяцев этого года «добровольно» погашено 6,8 млрд тенге.

Последний громкий случай, когда вместо реального срока коррупционер заносит «денежку» в бюджет – дело вице-министра МОН РК Эльмиры Суханбердиевой.

Решением суда она признана виновной в превышении должностных полномочий и занятии незаконной предпринимательской деятельностью. Но, учитывая деятельное раскаяние и сотрудничество со следствием, ее приговаривают к денежному штрафу. Сумма наказания для нее составила 5,9 млн тенге. Погасить задолженность необходимо в течение месяца, иначе снова за решетку. Кроме того, она не сможет вернуться на государственную службу и работать в компаниях с госучастием.

На свободу с чистой совестью

Кстати, выяснилось, что практика взимания денежных «санкций» за коррупционные преступления довольно распространенная. Кратные штрафы применяются по всем категориям тяжести. К примеру, проворовавшиеся менеджеры Baiterek Development выплатили 1,9 млрд тенге. Только за последние несколько лет такому виду наказания подвергли 1 561 человек. С них «списали» более 13 млрд тенге.

Дело в том, что уголовный кодекс РК предусматривает такую возможность.

Судья смотрит на финансовую состоятельность «клиента» и принимает решение о взыскании

В противном случае преступник будет честно отбывать срок в колонии. Но ежели государственная казна не получит выплат точно в срок, есть риск нового судебного разбирательства.

Все помнят историю участковых инспекторов по делам несовершеннолетних из Западно-Казахстанской области. Взяв 300 тысяч отката, они не смогли выплатить 7,5 млн. Итог? Молодые женщины «ушли по этапу» на семь лет.

В актикоррупционном ведомстве объясняют подобные процессы расширением сферы применения уголовных наказаний, не связанных с лишением свободы.

Интересно, что суды почти перестали наказывать мздоимцев конфискацией имущества

Теперь собственность «опечатывают», если будет доказана преступность ее происхождения.

Ведомство Алика Шпекбаева приводит довольно интересную статистику. В 2018 году по коррупционным преступлениям небольшой тяжести к штрафу приговорены 29,7% осужденных. По преступлениям средней тяжести — 69%, по тяжким преступлениям — 44%. По особо тяжким преступлениям признаны виновными 37 лиц, из них к штрафу – 7 (18,9%), к лишению свободы – 30 (81,1%).

Странная избирательность

Политолог Анвар Сеитов говорит, что у него, как и у большинства казахстанцев, возникают сомнения в «адекватности» некоторых приговоров.

«Безусловно, возмещение ущерба дело благое. Но иногда возникают вопросы к отечественному правосудию. Как правило, своеобразный «кун» выплачивают высокопоставленные преступники.

Рядовые взяточники получают реальные сроки. Тут существует определенная классовая сегрегация

Как говорится, деньги к деньгам.

К примеру, многие просто не могут собрать кратные ущербу суммы. Другие запросто собирают многомиллионные суммы и оказываются на свободе. Всегда хотелось знать, где коррупционеры берут деньги на штрафы? Из личных сбережений, родственники помогают?» — задает вопросы эксперт.

По мнению Сеитова, «штрафные наказания» могут породить у потенциальных взяточников чувство безнаказанности.

«Человек будет, грубо говоря, брать и брать. У него в голове появятся мысли — ну, попадусь, заплачу штраф и все.

Считаю, что китайские методы борьбы с коррупцией более действенны

Даже президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев не осуждает их принципы. Об этом он сказал в одном из недавних интервью. Буду банален, но повторюсь: коррупция — абсолютное зло, разъедающая нашу экономику. Дошло до того, что если

не подмажешь, даже не сможешь купить билет на поезд,

— сетует Анвар Сеитов.

Также политолог обратил внимание на странную «реинкарнацию» отдельных проштрафившихся чиновников.

«Их ловят, дают сроки, лишают госнаград и званий, запрещают устраиваться на работу в госучреждения. Проходит время — год, два. Глядишь, а он уже трудится в какой-нибудь национальной компании.

Вот, к примеру, в НК «КазАвтоЖол» сразу девять региональных топ-менеджеров имели коррупционное прошлое

На такие факты просто закрывают глаза, информация всплывает только после внешних проверок», — резюмирует Сеитов.